Украинская первокнига

В 1701 году гетман Иван Мазепа передал Пересопницкое Евангелие Переяславскому кафедральному собору. С 1799 г. оно находилось в библиотеке Переяславской семинарии, затем — в Полтавской семинарии. До войны Евангелие хранилось в Полтавском историко-краеведческом музее. В 1948 году из фондов музея-заповедника «Киево-Печерская лавра» памятник в отдел рукописей Библиотеки Академии наук УССР передал профессор С.И. Маслов. Ныне это Институт рукописи национальной библиотеки Украины имени В.Вернадского, где она хранится по сей день. В 2001 году рукопись Евангелия было опубликована транслитерированным фотоспособом в полном объеме.
Пересопницкое Евангелие изучали многие выдающиеся ученые, языка, литературы, искусства, археологи, палеонтологи, специализирующиеся на искусстве средневековья. Оно стало одним из основных источников создания академического «Исторического словаря украинского языка», изданного в начале тридцатых годов 20-го века.
Памятка представляет интерес не только сугубо лингвистический, но и отображает вклад украинских подвижников в дело сохранения и развития нашей культурной и религиозной самобытности. Созданный в период религиозной полемики православия и католицизма, перевод церковнославянского текста Евангелия на украинский язык был призван отстаивать собственную религию и язык, национальную идентичность, должен был стать образцом для дальнейших переводов конфессионных текстов на народный язык.
В XVI—XVII вв. ведущей тенденцией развития украинского литературного языка был процесс утверждения его на народно-разговорной основе. До этого в конфессионных текстах преобладал славеноросский — церковнославянский, т.е. старославянский язык, который в течение веков подвергался разнообразному влиянию. Отличия между ними становились все более заметными, а язык культовых произведений — все менее понятным широким слоям населения. В связи с этим встал вопрос их переводов на понятный для народа язык. Такие попытки предпринимались не только в Украине (до этого уже были переводы Евангелия, Нового Завета, Псалтыря, Апостола, библейского кодекса и др.), но и у других славянских народов. В частности под влиянием Гуситского движения чехи уже в конце XV ст. имели полную печатную Библию на родном языке. Известный белорусский ученый-просветитель Франциск Скорина напечатал в Праге 22 ветхозаветные книги на русском языке под названием «Библия русская». Это подтолкнуло и другие народы. Идею перевода конфессионных текстов поддерживало и реформаторское движение, которое через Польшу дошло и до нас. Это была самая значимая идея Средневековья, а собственно переводы стали сильнейшим идеологическим оружием против католицизма. Ведь известно, что большинство украинских земель в то время находилось под властью Речи Посполитой. Социальное порабощение сопровождалось угнетением национальным и культурно-религиозным. Поэтому православие стало религией угнетенных масс. И тем более смелой представляется деятельность пересопницких книжников.
По составу текстов эта рукопись являет собой тетраевангелие (четыре евангелия), в котором изложен текст четырех евангелистов, размещенный последовательно один за другим: Матвея, Марка, Луки, Иоанна. Отличается тем, что в условиях устоявшейся православной традиции анонимности при переписывании религиозных книг, стало одним из немногих атрибутивных рукописных текстов. То есть содержит наличие сведений о месте написания, его авторах, точные даты начала и окончания, имена меценатов и покровителей. На момент нахождения памятка была в очень запущенном состоянии. Очевидно, это Евангелие активно использовали при богослужении. Когда же украинская церковь окончательно попала в ведение русского Синода, оно стало ненужным, поскольку епархии стали назначать епископами россиян.
В 60-х годах XIX в. с переводом Переяславской семинарии в Полтаву Пересопницким Евангелием заинтересовались многие ученые и любители старины, в частности Михаил Драгоманов, Павел Житецкий, который и заинтересовал им организаторов III Археологического съезда (1874 г.). Такие обстоятельства заставили полтавское духовенство осознать, каким сокровищем обладают. Уникальную книгу они показали тогдашнему министру народного образования и обер-прокурору Синода графу Толстому, который был в Полтаве проездом. Толстой, как известно, был одним из идеологов шовинистической политики царского самодержавия по усилению национального гнета других народов и народностей (как раз готовился печально известный Эмский указ 1876 г.). Он воспринял украинскую рукопись XVI в. как укор своей политике и распорядился, дабы ею меньше интересовался научный мир, чтобы полтавский архиерей подарил памятку ему, якобы для передачи царю на «высочайшее воззрение», хотя он был собственностью библиотеки духовной семинарии. Дальнейшая судьба ее неизвестна, из некоторых источников известно, что была подарена великому князю Петру Георгиевичу, принцу Ольденбургскому, а после его смерти снова вернулась в Полтаву.
Значение этой уникальной памятки не только украинского языка, но и всей рукописно-книжной культуры нашего государства огромно. Создатели Пересопницкого Евангелия оставили потомкам сокровище, которое не утратило своей ценности и сегодня. Оно является свидетельством непрерывности культурных традиций. Деятельность украинских книжников относительно развития национальной культуры и церкви ученые оценивают как подвижнический высокопатриотический труд, поскольку почти за столетие до начала национально-освободительной борьбы под предводительством Богдана Хмельницкого они продемонстрировали стремление украинского народа к возрождению своей духовной культуры.